Если бы он только был уверен, что преследует Маленькую Крольчиху! Около деревни он обнаружил множество старых следов и среди них несколько новых. Воины юте поскакали на северо-восток. Шайены отправились на охоту на север. Из оставшихся следов только три вели на юг и на восток. Он выбрал сначала те, что вели прямо на юг. Однако когда он догнал наездника, им оказалась молодая вдова, решившая присоединиться к своему племени, не дожидаясь сопровождения.
Теперь Кривая Стрела шел по следам, ведущим на восток, ругая себя за ошибку, которая стоила ему потерянного времени — за это время Маленькая Крольчиха могла сделать с детьми что угодно. Он смотрел и надеялся, что вдоль пути не обнаружит никаких свидетельств того, что она мучает их.
Пламя была убита горем и озабочена тем положением, в которое попала. Вождь Сломанный Шип сказал ей правду, предупредив, что вокруг хижины стоит охрана. Два огромных неприветливых воина расположились неподалеку от входа. Нет сомнения — через положенное время они будут заменены двумя другими, не менее бдительными. Она находилась в ловушке и не сумела бы оттуда выбраться, даже если бы попыталась очаровать своих стражников. Но если она не может сбежать, то может хотя бы задержать приведение в исполнение зловещего плана Сломанного Шипа до тех пор, пока Ночной Ястреб не придет за ней.
Дверь в хижину приоткрылась, и в нее вошла Поющая Птичка. Пламя узнала, что она была женой Сломанного Шипа. К Пламени, за которой ухаживала жена вождя, относились здесь с большим уважением, старались задобрить ее. Они надеются завоевать ее расположение, чтобы она одарила их своими видениями. Может, если она будет достаточно хитрой, ей удастся использовать свои видения против них, напугав их так сильно, чтобы они освободили ее. Если она день-два подумает и тщательно разработает свой собственный план, может, она сумеет заставить их поверить в то, что она придумает.
Кривая Стрела слез с коня и принялся рассматривать затоптанное место. Тот, за кем он следовал, остановился здесь в предыдущую ночь. Грустная улыбка скользнула по лицу индейца, когда он увидел следы от мокасин, оставленных, по-видимому, женщиной, и несколько следов от крохотных детских мокасин. Он тщательно изучил их и успокоился, обнаружив следы от четырех пар детских ног. У него не осталось уже никаких сомнений, когда он увидел в кустах два куска желтой ткани — из этих кусков Пламя делала пеленки для своих малышей. Он улыбнулся, поняв, что преследует того, кого ищет, и вскорости догонит его. Ждать уже осталось недолго…
В пятую ночь пребывания Пламени в деревне юте ей приснился сон — но она не собиралась рассказывать о нем вождю юте. Она видела во сне Ночного Ястреба и своих детей. И это был не обычный сон — в этом она не сомневалась. Это было самое настоящее видение. Оно немного успокоило ее, но и усилило страх за детей.
Ей приснилось, что ее дети все еще живы, хотя она не знала, как им удалось спастись из горящей хижины. Она была счастлива, что они спаслись, поскольку считала их мертвыми, заживо сожженными в хижине. Она видела, что они скачут на лошади по густому лесу. На лошади вместе с ними была женщина, и, когда эта женщина обернулась, Пламя увидела ее лицо и застонала от ужаса. Это была Маленькая Крольчиха! Маленькая Крольчиха и ее дети! Она везла их куда-то далеко — прочь от поселка шайенов, от Сияющей Звезды, Ночного Ястреба и всех тех, кто мог бы защитить их от ее козней. Как могло это случиться? Как удалось Маленькой Крольчихе похитить ее детей? И что задумала сделать с ними эта порочная женщина?
Пламя вздохнула с облегчением, когда увидела, что Маленькую Крольчиху преследует воин-шайен. Он был еще далеко, но быстро настигал ее. Он спасет ее детей! Затем, когда картинка прояснилась, она застонала снова. Этим воином был не Ночной Ястреб и не его друг — это был Кривая Стрела. Не было никакого сомнения в том, что он собирается присоединиться к своей жене. Они оба задумали это. Маленькая Крольчиха убьет ее детей, и потом они встретятся в условленном месте.
Пламя вздохнула во сне, когда картинка неожиданно изменилась. Что собирался делать Кривая Стрела? Почему он следил из-за кустов за Маленькой Крольчихой? Почему он так тяжело вздыхал? Почему он открыто не присоединился к своей жене около костра, который она разожгла, чтобы согреться, спасаясь от холодных ночных ветров? Почему он не разделил С ней толстую накидку, покрывавшую его ноги?
Ее внимание переключилось на детей, и сердце ее стало обливаться кровью. Она увидела, что Маленькая Крольчиха ест сама и кормит Воющего Ветра пирогом. Когда Небесное Сияние подошла к ней и, жадно глотая слюну, попросила кусочек, Маленькая Крольчиха грубо оттолкнула ее. А когда Воющий Ветер поделился своей порцией с Облаком Войны, она накричала на него, запретив ему кормить это «отродье Ночного Ястреба».
Позже, когда Маленькая Крольчиха и ее сын забрались под толстое покрывало, остальные дети остались дрожать под тонким одеялом, которое до этого покрывало спину лошади. Нет сомнения — в таком состоянии они не переживут эту ночь! Даже если им посчастливится и они, голодные и замерзшие, доживут до завтрашнего утра, то все равно после этого они смертельно заболеют. В глазах Пламени дети выглядели невероятно худыми.
, Пламя проснулась, по щекам ее катились слезы, а сердце сжималось от переживаний за судьбу детей. Лучше бы они быстро умерли в сгоревшей хижине, чем голодали и мерзли в руках этой проклятой женщины!
Уже светало, когда ∙ Пламя наконец забылась тяжелым сном. Ей снова приснился сон, но на этот раз она видела Ночного Ястреба, который собирал воинов. Он был очень зол, видя тот ущерб, который принесло нападение юте поселению шайенов. Его темные глаза сверкали от ненависти. Рядом с ним Пламя увидела Каменное Лицо. Рядом с Каменным Лицом стояла Сияющая Звезда. В ее глазах блестели слезы.
Затем картинка сменилась, и Пламя увидела Ночного Ястреба, одиноко стоявшего перед остатками их хижины. Она удивилась, что он стоял и разговаривал так, как будто там кто-то был.
Все ее внимание переключилось на Ночного Ястреба. Он тяжело вздохнул, и рыдание содрогнуло его широкие плечи. Она увидела, что он упал на колени, закрыл голову руками и зарыдал, оплакивая потерю своей семьи. Слезы текли сквозь его пальцы, падая на землю, как капли дождя падают из облака. Глухой стон разнесся по округе — казалось, что рвется его сердце, сердце храброго сильного мужчины, которого она любила столь отчаянно.
Пламя попыталась успокоить его, но он не мот слышать ее слов. Его уши были глухи к ее словам, а ее руки не могли дотронуться до него сквозь завесу ее сна. Она слышала, как он произносил ее имя опять и опять, и разделяла; ним отчаяние из-за их пропавших детей. Затем она услышала слова, которые так мечтала услышать. Подняв глаза к небу, он прокричал:
